Полный разрыв связей с Сеулом и поклонение народу: как эволюционирует идеология КНДР

Лидер КНДР Ким Чен Ын (в центре)

В то время как мир в большинстве своем привык фиксировать внимание на ракетных пусках и военных парадах, IX съезд Трудовой партии Кореи, продолжавшийся с 19 по 25 февраля, преподнес сюрпризы совсем иного рода. Ким Чен Ын не только объявил о выполнении задач прошлой пятилетки, но и обозначил контуры новой эпохи — "периода великого подъема".

Что же стоит за этим громким лозунгом?

Открывая форум, Ким Чен Ын заявил, что за минувшие пять лет КНДР удалось преодолеть большинство трудностей и теперь можно "смотреть в будущее с оптимизмом и уверенностью". И действительно, в 2021 году VIII съезд проходил в обстановке кризиса и неопределенности: границы были закрыты из-за пандемии COVID-19, экономика боролась с санкционным давлением, и страна в целом переживала один из самых тяжелых периодов со времени "трудного похода" конца 1990-х.

Ключевой вопрос, волновавший большинство наблюдателей, заключался в том, как на самом деле выглядит экономика КНДР после пяти лет ковидной изоляции и жестких рестрикций? Теперь официально объявлено: поставленные на предыдущем съезде задачи успешно выполнены, страна переходит к "новому этапу развития". Статистические данные в подтверждение этих слов открыто озвучены не были, но косвенных подтверждений немало.

Так, южнокорейский институт KDI (Korea Development Institute) в своем январском обзоре сообщил, что КНДР преодолела последствия пандемийного закрытия границ, ее экономика восстанавливается. Рост ВВП, по разным подсчетам, в последние годы составлял 3–4%. Торговля с Китаем вернулась к уровням, близким к допандемийным, а расширение политического взаимодействия с Россией открыло новые каналы для экономического маневра.

Показательно, что в выступлениях на съезде акцент сместился с общеэкономических лозунгов на конкретные задачи. Упоминалось о необходимости качественного улучшения продукции легкой промышленности, изменения структуры зернового производства, развития туризма как новой отрасли. Очевидно, что в условиях санкционного давления руководство КНДР ищет новые ниши для роста.

Ким Чен Ын на съезде объявил о продолжении политики регионального развития, которая подразумевает уход от гиперконцентрации всех благ в столице, строительство промышленных, социальных, культурных и торговых объектов на периферии. Она была взята на вооружение в 2024 году и получила название "20 на 10". Это детище Ким Чен Ына предусматривает развитие 20 регионов (конкретно — уездов) в год на протяжении 10 лет. Всего их насчитывается как раз около двух сотен. Ранее лидер КНДР в публичных выступлениях намекал, что в прежние годы в стране не слишком заботились о развитии регионов, в результате чего возник сильный дисбаланс между ними и Пхеньяном.   

Внешнеполитический блок решений съезда оказался не менее содержательным. Ким Чен Ын начал с жесткой критики Вашингтона, обвинив США в гегемонизме, расшатывании основ мира и безопасности и создании череды вооруженных конфликтов. Однако затем он заявил, что если Белый дом будет уважать нынешний (то есть ядерный) статус КНДР и откажется от враждебной политики, то у Пхеньяна "не будет причин не сблизиться с Вашингтоном".

При этом дипломатическое зондирование сочетается с жестким предупреждением: в случае продолжения конфронтации КНДР оставляет за собой право на симметричный ответ. И этот ответ уже детально расписан.

В новой пятилетке заложено ежегодное наращивание ядерного арсенала, увеличение количества боезарядов, расширение средств и пространства для ядерных операций. Технические подробности впечатляют даже по меркам великих держав: в планы КНДР входит создание более мощных межконтинентальных баллистических ракет наземного и подводного базирования, атакующих систем, в том числе беспилотных, с искусственным интеллектом, средств радиоэлектронной и противоспутниковой борьбы.

Особого внимания заслуживает позиция по отношению к Южной Корее. Здесь риторика ужесточилась до предела. Ким Чен Ын назвал Республику Корея "самым враждебным государством" и заявил, что Пхеньян навсегда исключает южную часть полуострова из категории "соотечественников". КНДР больше не видит смысла в диалоге и сотрудничестве, которые "доказали свою ненаучность и нереалистичность". Это де-факто означает окончательный отказ от прежней риторики объединения и переход к модели сосуществования двух "наиболее враждебных" государств.

IX съезд подтвердил то, что и так было очевидно: политическая система КНДР остается персоналистской. Ким Чен Ын был единогласно переизбран генеральным секретарем партии — "центром единства и сплочения".

Но интереснее другое. В отчетном докладе и принятых решениях прослеживается эволюция идеологии. Прежние лозунги "опоры на собственные силы" и укрепления "единодушия и сплоченности" дополнились конкретным требованием "поклоняться народу как небу". Эта конфуцианская по своему происхождению формула использовалась и раньше, но на нынешнем съезде она была демонстративно поднята на щит.

В сочетании с требованием "критически оценивать недочеты" и "ломать устаревшие шаблоны" лозунг о поклонении народу превращается в инструмент контроля над бюрократией. Партийным кадрам дают понять: не ритуальные отчеты наверх, а реальная польза людям станет главным мерилом вашей работы.

Ким Чен Ын последовательно проводит мысль: социализм "корейского образца" должен стать более гибким и адаптироваться к вызовам времени. Партийное строительство теперь ориентируется на пять пунктов "новой эпохи", призванных укрепить руководящую силу и боеспособность партии, чтобы "надежно продолжать славную 80-летнюю историю правления сто, тысячу лет". За этой фразой стоит прагматичная задача: создать устойчивые механизмы, позволяющие оперативно реагировать на внешние угрозы и внутренние вызовы.

Если экономические планы и внешнеполитические декларации съезда еще можно было в какой-то степени предугадать, то масштаб кадровых перестановок оказался для многих наблюдателей неожиданным. IX съезд ознаменовался самой серьезной ротацией в высшем партийном руководстве за последние годы — она затронула более 70 человек.

Делегаты утвердили новый состав Центрального комитета ТПК — 138 членов и 111 кандидатов. Наибольшей неожиданностью стал уход из ЦК Чхве Рён Хэ, председателя Президиума Верховного народного собрания (парламента). Вместе с ним выведены ключевые фигуры военного блока — маршалы Пак Чон Чхон и Ри Пён Чхоль. Все трое принадлежали к поколению руководства, которое выдвинулось еще при Ким Чен Ире.

Интересные кадровые перемены прошли по линии межкорейских отношений. Из состава ЦК выведены люди, курировавшие ранее связи с Югом. Это явно прямое следствие новой доктрины, о которой говорилось выше: раз РК объявлена "самым враждебным государством", то и специалисты по диалогу с ней становятся невостребованными.

На фоне ухода ветеранов особенно отчетливо проявилось выдвижение нового поколения, чья карьера целиком связана с нынешним лидером. Самый яркий пример — Ким Ё Чжон, сестра Ким Чен Ына, получила повышение с должности заместителя заведующего отделом до заведующей одним из отделов ЦК (каким именно, официально не уточняется) и одновременно восстановлена в составе Политбюро в качестве кандидата в члены.

Представляется, что кадровая революция на IX съезде решает сразу несколько задач. Во-первых, это физическое обновление элиты: поколение, пришедшее при Ким Чен Ире, уступает место тем, кто обязан карьерой исключительно нынешнему лидеру. Во-вторых, это сигнал аппарату: старые заслуги больше не гарантируют хорошую должность, работать нужно здесь и сейчас, под конкретные задачи новой пятилетки. И наконец, это говорит о том, что в критически важных точках ставка делается на самых доверенных людей.

Итог съезда можно подвести так: пятилетка, которая начинается сегодня, станет проверкой на способность партийного аппарата работать по-новому. Проверкой для кадров на местах, которым предстоит отвечать за реальный результат, а не за бумажные отчеты. Проверкой для экономических ведомств, от которых ждут фактического наполнения обещаний, данных людям. И наконец, проверкой для самой системы: сумеет ли она, провозгласив курс на "слом шаблонов", преодолеть инерцию, накопленную за десятилетия.

Ким Чен Ын дал элите четкий сигнал: времена, когда достаточно было просто находиться в вертикали власти и исполнять указания, уходят. Теперь спрашивать будут за инициативу, за умение видеть проблемы и решать их, не оглядываясь на вышестоящие инстанции. То, что эти требования прозвучали с трибуны главного политического форума страны, само по себе показательно. Но насколько они смогут изменить реальную ткань повседневного управления — вопрос, на который ответ даст только время. 

Мнение редакции может не совпадать с мнением автора. Использование материала допускается при условии соблюдения правил цитирования сайта tass.ru